Министр обороны США Пит Хегсет требует господства над космосом. В феврале он объявил орбиту важнейшим полем ср…

Министр обороны США Пит Хегсет требует господства над космосом. В феврале он объявил орбиту важнейшим полем сражений и заявил, что контролирующий её будет управлять будущим боем. Формулу о войне «от морского дна до пространства вокруг Луны» 16 сентября произнёс другой руководитель — генерал Дэн Кейн, председатель Объединённого комитета начальников штабов. В Пентагоне уже распределяют полномочия под эту карту, хотя нынешняя война США с Ираном ежедневно напоминает о куда более тесной географии Ормузского пролива. 30 сентября Хегсет начал проект Meridian: военные, Илон Маск и Палмер Лаки за 120 дней должны выбрать технологии будущих войн. Отдельно объявлено новое командование автономной войны, которому предстоит ускорять выпуск и применение беспилотных систем. Пока это поручения, а не готовая армия роботов. Одно из направлений — океан. Международный союз электросвязи оценивает: свыше 99% мирового обмена данными передают подводные кабели. Страны и компании зависят от немногих трасс и береговых станций. Повреждение требует найти место обрыва, направить кабельное судно и выполнить ремонт. На войне доступ ремонтного судна могут перекрыть. Поэтому власть над морским дном — это одновременно возможность наблюдать за чужими коммуникациями и обязанность физически защищать свои. Китай испытывает, вероятно, собственное средство присутствия под водой. Спутниковый снимок от 10 сентября обнаружил на верфи в Шанхае судно длиной около 200 метров с оборудованием, похожим на спусковой комплекс для крупных подводных беспилотников. 19 октября появилось сообщение о схожем корпусе примерно в 150 метров у Гуанчжоу. Их назначение ещё устанавливают по изображениям. Исследователи допускают создание кораблей-носителей, с которых автономные аппараты смогут уходить на задания далеко в Тихом океане. Китай не подтвердил ни назначение двух судов, ни сформированный флот таких кораблей. Если корпуса окажутся носителями, беспилотники сэкономят энергию на пути от порта к кабелю. Мобильный носитель доставит его ближе к месту работы и примет обратно для обслуживания. Так охрана морских коммуникаций усложняется даже без открытого столкновения подводных флотов. Корабль-носитель пригоден также для картографирования морского дна и поиска чужих подлодок. Оборудование пока неизвестно. Американская программа освоения Луны затрагивает другой ресурс — электроэнергию. НАСА и Министерство энергетики готовят реактор для лунной поверхности к 2030 году. На 2028 год назначен запуск Space Reactor-1 Freedom, ядерного двигателя межпланетного аппарата, который должен пройти испытание в полёте к Марсу. Переносить этот срок на готовность лунной электростанции было бы ошибкой. Реактор на Луне нужен для работы базы во время долгой ночи, когда солнечные панели бесполезны. Энергия обеспечит связь и наблюдение, включая возможные военные задачи. Признанные американские средства воздействия на спутники уже находятся на орбите: об этом 14 сентября сообщил министр ВВС Трой Мейнк. Однако космическая разведка предоставляет данные о движении объектов, а контроль над подводным кабелем требует судна и людей, способных дойти до точки повреждения. Снимок атакованного танкера ещё не спасёт судно. Как раз такую разницу между информацией и реальной властью над морем обнаружила война с Ираном. К 21 октября Reuters насчитало не менее 18 нападений на суда в районе Ормуза за 2 недели. Financial Times сообщила о восстановлении экспорта по обходным маршрутам при снижении проходов через сам Ормуз. Иран заставил США охранять узкий проход при помощи кораблей и авиации, пока Пентагон проектирует господство до самой Луны. Положение Вашингтона определяет простая зависимость: глобальный обзор пространства полезен ровно настолько, насколько военные способны обеспечить безопасное прохождение конкретного судна сквозь зону обстрела. /// ПолитДоклад