Привет, это Катя Бонч-Осмоловская. У нас в дата-отделе есть любимый жанр: следить за фантазиями главы СК Алекс…

Привет, это Катя Бонч-Осмоловская. У нас в дата-отделе есть любимый жанр: следить за фантазиями главы СК Александра Бастрыкина и рассказывать, как всё обстоит на самом деле . Бастрыкин неравнодушен к приезжим — регулярно рассказывает, как мигранты в России убили всех человек и требует ужесточить миграционное законодательство. Недавно он в очередной раз заявил, что за год преступность среди мигрантов выросла в три раза, а число убийств — аж в пять раз. Как проверить его слова? В России есть несколько официальных источников данных о состоянии преступности. В зависимости от задачи можно использовать цифры Генпрокуратуры, МВД или судебного департамента. По закону единый статистический учет таких данных должна вести именно Генпрокуратура . Исследователь российской уголовной политики объяснил нам, что это наиболее полные и достоверные данные о преступности: с 2014 года прокуроры получили доступ к данным о работе следователей СК, МВД и других ведомств и следили за тем, чтобы они указывали как можно более полную статистику. С 2023 года Генпрокуратура перестала обновлять портал с данными, но там по-прежнему доступны таблицы за предыдущие годы . Ими мы и воспользовались. Эти данные показали, что за год число преступлений среди мигрантов действительно выросло, но не в три раза: с 36,4 до 40,1 тысячи. Значит, мигранты действительно стали чаще нарушать закон? Чтобы это проверить, мы изучили, как изменилось число различных составов преступлений. Оказалось, что больше 80% из 3,7 тысячи новых преступлений связаны с незаконным оборотом наркотиков, а число убийсвт и изнасилований в сумме выросло менее чем на 100, хотя Бастрыкин утверждает, что их стало в пять раз больше. Из данных следовало, что число наркопреступлений среди мигрантов выросло не везде. Больше половины новых случаев приходится всего на три региона: Челябинскую и Самарскую области, а также Москву. Здесь сила данных закончилась. Нам нужно было понять, почему рост случился именно в этих регионах, а таблицы не дают ответа на этот вопрос. Мы обратились к исследователю уголовной политики в России. Он рассказал, что правоохранители изменили практику учета таких преступлений: теперь каждую закладку , даже если ее оставили те же люди примерно в то же время и по одинаковой схеме, квалифицируют как отдельное преступление . Эти регионы уже активно внедряют новую практику, другие пока смотрят, как она приживется. Косвенно это подтвердили и данные Генпрокуратуры: несмотря на общий рост числа наркопреступлений, число людей, их совершивших, не выросло практически ни в одном регионе. Исследователь объяснил, что Бастрыкин не учитывает статистику других ведомств и может использовать данные о делах, которые еще находятся в процессе расследования в СК. В таких случаях преступник может еще быть не установлен, но заявитель описал его как мигранта, при этом в процессе расследования может выясниться обратное. Так мы выяснили , что глава СК манипулирует данными ради мифа о мигрантах-преступниках . Это только способствуют мигрантофобии: ложные заявления подхватывают провластные СМИ, а чиновники уже обсуждают ужесточение миграционного законодательства. Какие выводы? 👉 изучите возможные источники данных по теме и определите, какой из них наиболее достоверный и лучше подходит для вашей задачи 👉 когда данные не могут дать ответ на нужный вопрос, обратитесь к экспертам: они знают, что происходит в их сфере на практике и смогут объяснить нужные закономерности 👉 и не верьте главе СК на слово: лучше проверьте его самостоятельно, используя свои навыки работы с данными, или читайте эксплейнеры «Важных историй».