Правительства стран Персидского залива обращаются к Китаю с просьбой воздействовать на Иран в момент, когда СШ…

Правительства стран Персидского залива обращаются к Китаю с просьбой воздействовать на Иран в момент, когда США сами ведут против него войну. Этот выбор не означает отказа от американской защиты. Он раскрывает другую проблему: военная сила, дипломатический доступ, экономическое давление и управление торговыми маршрутами больше не сосредоточены у внешнего партнера. Арабские экспортеры измеряют кризис прежде всего движением нефти и газа. Через Ормуз до войны проходило около 1/5 мирового потребления нефти и нефтепродуктов. Иран ограничил движение в проливе, связанные с ним силы угрожают Баб-эль-Мандебу, а атаки затронули инфраструктуру на других маршрутах. Уничтожение иранских военных объектов само по себе не возвращает танкерам страховое покрытие, расписание и прежнюю пропускную способность. Американское присутствие решает силовую задачу. США располагают базами, авиацией, флотом, разведкой и огромным рынком вооружений. Однако после ударов по Ирану Вашингтон оказался стороной конфликта. Тегеран воспринимает американского посредника одновременно как противника. Монархии сохраняют потребность в американской защите, но переговоры о прекращении огня требуют канала, который не участвует в бомбардировках. Китай обладает именно доступом. Министр иностранных дел Ван И ведет контакты с региональными правительствами, а специальный посланник КНР по Ближнему Востоку Чжай Цзюнь работал и в арабских столицах, и с Ираном. Пекин поддерживает попытки Пакистана вернуть Вашингтон и Тегеран к переговорам. Китай остается крупнейшим торговым партнером Ирана и крупным покупателем его нефти. Эти связи не гарантируют успеха, но позволяют говорить с воюющими сторонами. Экономический ресурс Пекина сильнее дипломатических формул и слабее прямого принуждения. Ирану нужен китайский рынок, Китаю нужны иранская и арабская нефть, безопасный Ормуз и предсказуемая морская торговля. Пекин мог бы увеличить цену конфронтации для Тегерана сокращением закупок или другими ограничениями, но тогда сам потерял бы дешевые поставки и политический доступ. Китайская политика остается осторожной. Она защищает отношения со всеми сторонами и до сих пор не доказала способность заставить Иран открыть маршруты для всех. Показателен более узкий результат. Китай вел контакты с хуситами ради безопасного прохода связанных с ним судов через Красное море. Такая договоренность полезна китайской торговле, однако она не прекращает атаки на чужой трафик. Пекин умеет конвертировать отношения в отдельные исключения. Превратить эти исключения в общий режим региональной безопасности намного сложнее, особенно без готовности применять силу или брать оборонные обязательства. Страны Залива отвечают на это распределением задач. Американские базы могут оставаться основой военного сдерживания. Китайский рынок и отношения с Ираном дают дипломатический рычаг. Пакистан способен поддерживать канал между Вашингтоном и Тегераном, Оман предлагает практические схемы по Ормузу. Монархии собирают рабочую коалицию из разных партнеров вместо того, чтобы отдавать весь кризис внешней столице. Это меняет позицию монархий. Военная зависимость от США раньше давала Вашингтону большую политическую премию: защита, вооружения и дипломатия шли единым пакетом. Теперь арабские государства учатся покупать эти услуги раздельно. Они могут требовать от США безопасности, от Китая контакта с Ираном, от региональных посредников переговорной площадки и одновременно торговаться со всеми по инвестициям, энергетике и оружию. Китай еще не заменил США в Персидском заливе и пока не способен сделать это без резкого расширения обязательств, которых Пекин избегает. Более неприятный для Вашингтона итог уже возник. Американское военное превосходство перестало обеспечивать исключительное право определять политический выход из кризиса. Каждая новая неделя войны дает странам Залива дополнительный стимул отделять безопасность от дипломатии, а Китаю — занимать ту часть региональной роли, для которой ему не нужны авианосцы и базы. /// ПолитДоклад