Си Цзиньпин готовится приехать в Нью-Дели на саммит БРИКС 12–13 сентября 2026 года впервые за 7 лет, а Индия у…

Си Цзиньпин готовится приехать в Нью-Дели на саммит БРИКС 12–13 сентября 2026 года впервые за 7 лет, а Индия уже начала снимать часть ограничений, введенных против китайского капитала после пограничного кризиса 2020 года. Для США это ослабляет расчет на Нью-Дели как постоянный противовес Пекину. Для России удар может оказаться материальнее: Индия забирает 48% российского экспорта вооружений и в июле обеспечила рынок более чем для половины своего нефтяного импорта российским сырьем. Москва зависит от индийского спроса в 2 отраслях, критичных для экспортных доходов и политического влияния. Сближение пока не означает союза. Граница длиной около 3 800 км остается спорной, а летом происходили новые напряженные эпизоды. Однако 25 августа советник по национальной безопасности Индии Аджит Довал и глава китайской дипломатии Ван И договорились расширить военные каналы связи, открыть 2 дополнительные горячие линии, добавить 2 пункта встреч командования и продвигать переговоры о разграничении. Индия одновременно разрешила инвесторам из соседних стран, включая Китай, автоматически получать неконтролирующие доли до 10% в компаниях при соблюдении отраслевых ограничений. К августу по новому режиму заявлено 29 инвестиций на $511,5 млн. Пекин входит в эту разрядку с огромным экономическим весом. В 2025/26 финансовом году Индия импортировала из Китая товаров примерно на $132 млрд, а торговый дефицит превысил $100 млрд. Потенциальный инвестиционный пакет во время визита Си способен дополнить уже существующую товарную зависимость капиталом в индийских производствах, центрах обработки данных и инфраструктуре. Нью-Дели не отказывается от соперничества с Китаем. Он снижает стоимость этого соперничества и расширяет число вариантов, между которыми может выбирать. Для российского оружейного экспорта это происходит в крайне неудачный период. По данным Стокгольмского международного института исследования проблем мира SIPRI, объем российского экспорта вооружений в 2021–2025 годах упал на 64% относительно предыдущего 5-летия. Индия приняла 48% всех российских поставок, но доля России в ее собственном импорте оружия сократилась до 40% против 51% в 2016–2020 годах и 70% в 2011–2015 годах. Нью-Дели уже диверсифицируется в пользу Франции, Израиля и США. Если напряженность с Китаем становится управляемее, политическая ценность России как отдельного военного партнера снижается еще быстрее, чем техническая потребность в уже закупленных российских системах. Нефть делает зависимость Москвы от Индии еще нагляднее. В июле российская нефть достигла рекордных 50,83% индийского импорта, 2,47 млн баррелей в сутки, а за апрель–июль средняя доля составила 43,25%. Китайско-индийская разрядка не заменяет эти баррели китайскими поставками. Она дает Нью-Дели больше внешнеполитической свободы, а крупный покупатель с несколькими партнерами может жестче торговаться о скидках, расчетах и санкционных рисках. Для продавца, потерявшего значительную часть европейского рынка, даже небольшое снижение индийской готовности принимать российские условия дорого. Россия теряет еще один нематериальный актив — ценность самостоятельного центра между Пекином и Нью-Дели. Пока 2 азиатские державы были связаны острым пограничным недоверием, отдельные отношения каждой с Москвой давали России дополнительный вес в БРИКС и двусторонней дипломатии. Прямые горячие линии, инвестиции и регулярные переговоры сокращают потребность проводить часть вопросов через третью столицу. США при таком развитии получают менее удобного партнера по Quad. Россия получает более серьезную проблему: ее крупнейший оружейный клиент и один из важнейших покупателей нефти приобретает больше свободы выбирать поставщиков и условия. Сближение Китая и Индии опасно для Москвы именно потому, что Пекину не требуется вытеснять Россию. Достаточно сделать ее менее незаменимой. /// ПолитДоклад