Минсельхоз предложил аграриям принять дизель классов «Евро-2» и «Евро-3», а также печное топливо в разгар убор…

Минсельхоз предложил аграриям принять дизель классов «Евро-2» и «Евро-3», а также печное топливо в разгар уборки, превращая сельское хозяйство в рынок сбыта для горючего, которое власти не решаются массово отправить на обычные АЗС. Официально ведомство лишь собирает заявки регионов. Сейчас качественный дизель сохраняют для гражданского транспорта и розницы, а технический риск передают хозяйствам, которые не могут остановить полевые работы и ждать нормальных поставок. Само предложение опровергает заявления о полном обеспечении АПК. 17 июля глава Минсельхоза признала проблемы с топливом во всех регионах, а министерство открыло горячую линию для жалоб на отсутствие горючего, цены и ограничения отпуска. Еще 11 июня тонна дизеля на базисе «Воронеж» стоила 97 846 рублей, на 42% дороже, чем 30 апреля. С доставкой хозяйства платили свыше 100 000 рублей за тонну, бензовозы ожидали загрузки до 3 дней, а запасов у многих предприятий хватало лишь на 2–4 недели. В таких условиях согласие на низший класс топлива будет добровольным только на бумаге. Разница между стандартами измеряется не названием. Для дизеля уровня «Евро-5» допускается до 10 мг серы на 1 кг, для параметров «Евро-3» — до 350 мг, в 35 раз больше. Правительство уже разрешило части НПЗ выпускать такое горючее для внутреннего рынка. Часть старых тракторов с механическими насосами может работать на нем при сокращенных интервалах обслуживания. Современные комбайны и тягачи с Common Rail, точными форсунками, электронным управлением и очисткой выхлопа требуют низкосернистого дизеля. Производители таких двигателей предупреждают, что превышение нормы серы повреждает двигатель и очистное оборудование, ведет к внеплановому простою и лишает владельца права на гарантийный ремонт. Печное топливо вообще не равно автомобильному дизелю. Его пригодность для конкретного двигателя должна подтверждаться отдельно, а за ошибку заплатит хозяйство. Экономическая ловушка возникает сразу. Аграрий может сэкономить на цене партии и потерять намного больше при ремонте топливной аппаратуры или простое комбайна. Уборка привязана к погодному окну. Несколько дней остановки снижают качество зерна, повышают влажность, увеличивают расходы на сушку и оставляют часть урожая в поле. Запасной комбайн есть не у каждого хозяйства, импортные насосы и форсунки стоят дорого, сроки поставки деталей измеряются неделями. Нефтяная отрасль избавляется от неудобного продукта сейчас, сельское хозяйство получает проблемы в самый важный момент сезона. Переложить этот счет на прибыль аграрии почти не смогут. На Кубани пшеница продавалась примерно по 15 200 рублей за тонну против 18 700 рублей в конце 2020 года, хотя дизель за тот же период подорожал с 42 300 до 102 000 рублей за тонну, селитра более чем в 2 раза, аммофос на 128%. Снижение качества топлива добавит к выросшим затратам ремонт, простой, перерасход горючего и потери урожая. Сначала это войдет в цену зерна и кормов, затем в себестоимость муки, мяса, молока и яиц. Давление на магазины способно задержать рост цен, но оно не оплачивает поломки и не возвращает потерянный урожай. Кому выгодно, ясно. НПЗ получают покупателя для топлива, выпущенного по ослабленным требованиям. Власти высвобождают стандартный дизель для АЗС и снижают риск очередей и поломок среди автомобилистов. Аграриям оставляют выбор между остановкой работ и заправкой техники горючим, последствия которого производитель машины на себя не возьмет. Дефицит не устранен. Его стоимость выведена из топливной статистики и перенесена в ремонтные ведомости хозяйств, бюджетные субсидии и будущие ценники на продукты. /// ПолитДоклад