ВСЕ ЖДУТ, КОГДА ИХ НАЕБУТ

ВСЕ ЖДУТ, КОГДА ИХ НАЕБУТ В проектном бюро Борисыча внезапно решили заняться репутацией работодателя. Не потому что стали добрее. Просто кандидаты начали отваливаться. Танька принесла аналитику: — На оффер выходят хуже. — На интервью задают вопросы про текучку. — Просят поговорить с будущей командой. — Читают отзывы. — Проверяют руководителей. — Один вообще нашел бывшего сотрудника и написал ему в личку. Борисыч побагровел: — А ЧЕ ОНИ НАС ПРОВЕРЯЮТ? МЫ ИХ НАНИМАЕМ ИЛИ ОНИ НАС?! Ластик посмотрел на него поверх ноутбука: — Борисыч, добро пожаловать в 2026-й. Тут уже все всех подозревают. И вот это, друзья, пожалуй, главный итог кадрового безумия 2022–2025 годов. Рынок так долго перекошивало в разные стороны, что понятие партнерства между сотрудником и работодателем просто сдохло. Работодатель сегодня смотрит на кандидата не как на будущего партнера. Он смотрит на него как следователь. Почему ушел через год? Почему здесь восемь месяцев? Почему зарплата выросла на 40%? А позвоните бывшему собственнику. А давайте еще службу безопасности. А вдруг он конфликтный? А вдруг соврал? А вдруг уйдет? И кандидат делает ровно то же самое. Почему вакансия открыта? Почему ушел предыдущий? Почему отзывы плохие? Почему хорошие отзывы написаны в один день? Почему собственник давно в компании? Почему HR улыбается? А это точно не секта? А переработки есть? А зарплату точно платят? Все ищут подвох. Причем иногда уже не для того, чтобы получить информацию. А чтобы подтвердить заранее сформированную мысль: «Меня здесь попробуют наебать». В бюро решили исправлять репутацию. Герман нарисовал EVP. Лиля предложила снять ролик про ценности. Борисыч записал видео: — Мы одна большая семья. Танька попросила его немедленно удалить. Потому что в 2026 году фраза «мы семья» для кандидата звучит примерно как: «зарплату будем задерживать, но зато вместе». Начали разбирать отзывы. Один бывший сотрудник написал, что Ластик — токсичный мудак. Ластик прочитал и сказал: — Ну тут спорить сложно. Другой написал, что «руководство не слышит сотрудников». Борисыч возмутился: — А ЧЕ ИХ СЛУШАТЬ, ЕСЛИ ОНИ ХУЙНЮ ГОВОРЯТ? Танька просто закрыла ноутбук. Потому что проблема оказалась вообще не в отзывах. И не в HR-бренде. Проблема в том, что доверие на рынке труда стерлось. Несколько лет сотрудники рассказывали друг другу, что бизнес обязательно кинет. Бизнес рассказывал друг другу, что сотрудники обязательно уйдут, украдут базу, сядут на больничный, выгорят, потребуют удаленку и еще напишут гадость на Dream Job. В итоге обе стороны теперь входят в отношения уже с поднятым щитом. И вот тут начинается настоящая проблема для собственника. Ты можешь сколько угодно жаловаться, что: «кандидаты охуели». Но сильный кандидат сегодня тоже выбирает. И он уже не верит твоему сайту. Не верит HR. Не верит красивой презентации. Он смотрит на текучку. На то, как ты проводишь интервью. Как долго принимаешь решение. Как говоришь про бывших сотрудников. Как выполняешь договоренности. И самое неприятное: твою репутацию сегодня формирует не маркетолог. Ее формирует каждый уволенный сотрудник. Каждый сорванный оффер. Каждый руководитель, который на собеседовании ведет себя как барин на ярмарке крепостных. Каждый случай, когда человеку обещали одно, а дали другое. Репутацию невозможно нарисовать зеленым шрифтом на черном фоне. Ее можно только накопить. Годами. А просрать — за один кривой выход человека в компанию. И, пожалуй, задача бизнеса ближайших лет будет не только в том, чтобы научиться находить людей. А в том, чтобы заново научиться строить отношения, в которых обе стороны изначально не считают друг друга потенциальными мудаками. Потому что пока рынок выглядит именно так: работодатель проверяет кандидата до трусов. Кандидат читает 147 отзывов. И оба сидят напротив друг друга и улыбаются. А в голове у каждого одна мысль: «Ну давай. Покажи, где ты меня наебешь».