Совет по финансовой стабильности 9 октября 2026 года оценил, насколько власти подготовились дать деньги банку,…

Совет по финансовой стабильности 9 октября 2026 года оценил, насколько власти подготовились дать деньги банку, который приходится спасать. Полное соответствие требованиям получили 4 из 19 юрисдикций: США, Великобритания, Япония и Гонконг. Индия и Аргентина оказались в нижней категории, Россия в эту проверку не входила. После банкротства Lehman Brothers общество обещали избавить от оплаты банковских провалов. Государственный кошелёк всё ещё нужен. Проверка касается в том числе того, как получить деньги обратно. При крахе крупного банка требуется распределить убытки и сохранить платежи. Акционеры теряют вложенное, допускающие списание обязательства банка перед кредиторами сокращаются либо превращаются в акции. Это bail-in: инвестор принимает потери бизнеса, которому доверил деньги. Получив взамен облигации долю в банке, он помогает восстановить капитал. Денег для выдачи встревоженным вкладчикам эта операция не создаёт. Временно дать их может государство, пока банк ищет устойчивое финансирование. Стандарт FSB допускает даже временную национализацию. Власти должны предусмотреть возмещение понесённых потерь за счёт необеспеченных кредиторов или, при необходимости, финансовой отрасли. Российский Фонд консолидации банковского сектора состоит из средств Банка России. Имущество регулятора находится в федеральной собственности, хотя фонд обособлен от остальных его активов. При санации «Открытия» в 2017 году ЦБ обеспечил непрерывную работу с клиентами. Старым инвесторам тоже пришлось расплатиться: уставный капитал сократили до 1 рубля, субординированные долги списали. Затем ЦБ приобрёл почти все акции, вложив 456,2 млрд рублей. Из этой суммы 189,1 млрд закрывали превышение обязательств над активами, 182 млрд создавали капитал для дальнейшей работы банка. Остальное предназначалось компаниям группы. Частных потерь оказалось недостаточно, и остаток принял публичный собственник. Оплата прошлых ошибок дала вкладчикам вполне настоящее благо: счета продолжали работать. У государства появился бизнес, за финансовое восстановление которого оно отвечало своими средствами. В декабре 2022 года ВТБ заплатил за «Открытие» 340 млрд рублей, и ЦБ подтвердил завершение сделки. Продажа вернула средства регулятору спустя более 5 лет после начала санации. Чистый результат требует учёта всех промежуточных расходов и поступлений. Вычитать 340 млрд из первоначальных 456,2 млрд и называть остаток убытком казны было бы бухгалтерской самодеятельностью. Бюджетная связь у такого спасения существует через прибыль ЦБ. По общему правилу регулятор перечисляет в казну 75% фактически полученной прибыли после налогов. Если потери от санации уменьшают эту прибыль, бюджет недополучает доход. Перенос риска на баланс Банка России оставляет его внутри федеральной собственности. У казны может стать меньше доходов, хотя отдельного платежа на спасение банка она не проводила. В Великобритании плательщика после спасения банка назначили отдельным законом 2025 года. При продаже проблемного банка или его передаче переходному банку, временно принимающему операции, Банк Англии вправе потребовать деньги у системы компенсаций FSCS. Она затем взыскивает затраты взносами с банковской отрасли. Руководство регулятора допускает заём у государства, если обычного финансирования мало. Возвращать его предполагается теми же отраслевыми взносами в последующие годы. Даже благополучному банку достанется часть расходов за неблагополучного соседа. Этот порядок дополняет возврат денег от продажи спасённого бизнеса. При недостаточных поступлениях у британской процедуры уже есть следующие плательщики — участники банковской отрасли. Российский ЦБ, вкладывая средства ФКБС в акции, принимает риск того, что восстановленный бизнес вернёт меньше вложенного. Невозмещённая часть такой санации остаётся расходом публичного собственника, даже если вкладчикам сохранили всё до копейки. /// ПолитДоклад